Французов свели в кафе

«Коммерсантъ» № 55 (4355)

На Малой сцене театра имени Станиславского и Немировича-Данченко прошла премьера двух одноактных опер — «Сократ» Эрика Сати и «Бедный матрос» Дариюса Мийо. Раритетная по нашим условиям французская музыка первой трети ХХ века исполнялась, как повелось в этом сезоне, с посвящением году Франции в России. На оперном вечере, который получил в театре обобщающее название «Кафе „Сократ“», побывал СЕРГЕЙ ХОДНЕВ. 

Две совершенно разные оперы, написанные с интервалом в восемь лет, театр показывает не просто в один вечер, но и без антракта, одним компактным спектаклем на полтора часа. Объясняется это не столько самим фактом профессиональной близости Сати и Мийо, участников так называемой Шестерки, новофранцузского ответа нашей Могучей кучке, и не только музыкальным сходством двух произведений: они и правда похожи — несложный по меркам первой трети ХХ века язык, отсутствие развернутых номеров, приоритет речитатива. Драматический режиссер Анатолий Ледуховский просто так эти две мини-оперы и увидел: как две переплетающиеся истории, объединенные сквозными образами и единой стилистикой, лежащей между невинной уличной пантомимой и чернушно-гротескным фарсом.

Можно сказать, что обе истории об убийстве и о непонимании. Доверчивого Сократа угощают ядом его собственные ученики; бедного Матроса, вернувшегося из многолетнего путешествия, убивает собственная жена, не признавшая мужа в путешественнике. Невеселые события, что и говорить, однако режиссер при этом старательно уводит их прочь от серьезности и наглядности. Само название спектакля смешивает древнегреческого философа и приморское кафе, где происходит действие «Бедного матроса». Неоновая надпись “Cafe Socrate” загорается на придуманной Сергеем Бархиным скупой декорации: условный фасад домика, стол, сложенный из нотных листов, здоровенный бумажный кораблик, обвешанный новогодними гирляндами и пускающий дым. По всей видимости, именно в этом кафе разыгрывается и история Сократа; и ему, и персонажам «Матроса», правда, прислуживает отчего-то вполне великорусского вида баба в платке.

«Сократа» заказала Сати дочь фабриканта швейных машинок Зингера, ставшая княгиней Полиньяк, и именно поэтому Сократ и три его ученика поют сопрано — княгиня поначалу собиралась сама декламировать под музыку Сати диалоги Платона. От этой идеи она отказалась, но в произведении остались и женские голоса, и знаменитые платоновские тексты из «Пира», «Федра» и «Федона». Лесть Алкивиада (Наталья Петрожицкая), подхалимаж Федра (Валерия Зайцева), прочувствованные слова Федона (Лариса Андреева) о последних часах философа — все это только для того, чтобы усыпить бдительность наивного Сократа (Наталья Мурадымова). Вместо того чтобы как-то сгладить неловкость этой ситуации, Анатолий Ледуховский только обострил ее: все четыре напропалую кривляющиеся дамы обложены «толщинками», придающими им сходство с палеолитическими Венерами, одеты в матроски и загримированы а-ля Марсель Марсо. Окончательно «дотравливает» Сократа спускающийся с балкона дирижер Феликс Коробов, вручающий ему затем огромного леденцового петушка на палочке — трогательная аллюзия на последние слова Сократа: «Критон, мы должны Асклепию петуха».

В отличие от «Сократа», в «Бедном матросе» на либретто Жана Кокто сюжет и драматургия есть изначально, так что к ним режиссер ничего по существу и не прибавлял, ограничившись визуальными подробностями — такими же балаганными. Жена Матроса (очень красивая и внушительная, несмотря на маленькую партию; работа Амалии Гогешвили) передвигается на почти слоновьих бутафорских ступнях, придающих ей что-то от иных женщин Пикассо, его Тесть (Дмитрий Степанович) трясет тряпичной бородой, сам же Матрос (Валерий Микицкий) выряжен под циркового «рыжего». А молоток, которым Жена убивает главного героя, оказывается в неожиданной рифме с серпами, которыми весело размахивают убийцы Сократа, сделав свое гран-гиньольное дело. Кажется, что философического подтекста в этом так же мало, как и в том, что в финале все герои, живые и мертвые, чуть ли не пляшут канкан под музыку Жака Ибера. Зато сам по себе театральный текст маленького спектакля, ярмарочно-потешный, бурлескный, получился, помимо всех культурологических странностей, очень располагающим. Ну а музыкальный текст получил осмысленное, качественное и какое-то уютное исполнение — не так плохо для Москвы, в которой французская оперная музыка ХХ века почти не востребована.

Сергей Ходнев, 31.03.2010

• Мертвые матросы не спят, Екатерина Дмитракова, Планета Красота, № 5-6, [06.2010]
• Смуглая леди сонетов живет в Смоленске, Анастасия Петракова, Рабочий Путь, [24.05.2010]
• Гипертрофированный абсурдизм как абсолютная случайность, Александр Матусевич, operanews.ru, [9.05.2010]
• Сати и Мийо в театре им. Станиславского и Немировича — Данченко, classicalforum, [27.04.2010]
• Самые интересные события по мнению Forbes, Юлия Яковлева, forbes.ru, [26.04.2010]
• Футуристов и обэриутов помирили клоуны, Петр Поспелов, Ведомости 56(2574), [31.03.2010]
• Французов свели в кафе, Сергей Ходнев, «Коммерсантъ» № 55 (4355), [31.03.2010]
• Он, его жена и Сократ, Марина Гайкович, Независимая газета, [31.03.2010]
• Философ и матрос, Майя Крылова, Новые известия, [30.03.2010]
• Платон с цирком, Ирина Муравьева, Российская газета, [29.03.2010]
• «Сократ» Э. Сати, «Бедный матрос» Д. Мийо в Театре им. Станиславского и Немировича-Данченко, livejournal, [27.03.2010]
• Музыкальный театр имени Станиславского приглашает посетить"Кафе «Сократ», Новости культуры (TV Культура), [26.03.2010]
• Платон мне друг, Майя Крылова, РБК daily, [25.03.2010]
• Идите и смотрите!, livejournal, [25.03.2010]
• Бесконечная темнота на красном столе…, Александр Абрамов, [02.2010]
• Попытка любви в пустоте, Екатерина Дмитракова, [02.2010]
• Пекинский мастер-класс, Анатолий Ледуховский, журнал «Сцена» № 5 (61), [2010]
• «Дом-2»: продолжаем разговор, Анатолий Ледуховский, «Смоленская газета», [3.12.2009]
• Фата-моргана Анатолия Ледуховского, Екатерина Дмитракова, «Люди и вещи», [11.2009]
• Укрощение «Трактирщицы», Светлана Романенко, Смоленская газета № 95(541), [13.10.2009]